Автор Тема: «Торжество Православия и понятие ереси» Аркадий Малер, 2020  (Прочитано 503 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн Дима Слоников

  • Глобальный модератор
  • *
  • Сообщений: 1664
  • Страна: ru
  • Вероисповедание: православный
Сегодня, в первое воскресенье Великого поста, Церковь отмечает праздник Торжества Православия в память об окончательной победе иконопочитания над ересью иконоборчества на Константинопольском Соборе в 843 году. Чин Торжества Православия предполагает чтение анафематизмов определенных ересей, список которых периодически расширяется, хотя очевидно, все ереси упомянуть невозможно, ибо ересь – это любая точка зрения, противоречащая православному христианству.

Однако с очень большим сожалением приходится признать, что даже по прошествии 30 лет после падения атеистической власти в нашей Церкви до сих пор понятие “ересь” используется крайне редко, а уж в среде прицерковной интеллигенции, причем не только либеральной, но даже и консервативной, само употребление этого слова воспринимается как откровенный моветон, а если уж и приходится его произносить за неимением лучшего синонима, то непременно с иронией и показанной ухмылкой: мол, мы-то с вами понимаем, что никаких “ересей” нет, но инерция языка вынуждает нас столь вульгарно выражаться.

Между тем отказ от понятия ереси это отказ от понятия догмата, а следовательно, отказ от самого Православия, ведь термин “православие” (калька с греческого “ортодоксия”) понадобился Церкви только потому, что возникло множество вариантов ложного понимания христианства, т.е. ересей, и поэтому пришлось специально формулировать право-славное, т.е. правильное понимание христианства. Уверен, что для большинства читающих этот текст все это звучит как банальность, но если это банальность, то почему мы тогда так упорно воздерживаемся от употребления слова “ересь”? Конечно, смешно, когда у иного зилота это слово не сходит с языка и он бросается им по любому поводу, но от этого сам факт существования бесчисленного количества ересей никуда не делся, это просто объективная реальность.

Очень странно, когда иные люди, мало претендующие на ортодоксальность своей веры или вовсе теплохладные, вдруг обижаются на обвинения в ереси, как будто их обозвали неприличным словом. Например, меня лично совершенно не задевает тот факт, что для Римско-католической церкви мои православные убеждения – это “ересь”. Я специально привожу в пример католицизм как наиболее близкую к Православию конфессию, т.е. наименее далеко отпавшую от Православной Церкви в сравнении с другими конфессиями. Разумеется, с точки зрения католицизма Православие это ересь, иначе какой смысл было Римской кафедре откалываться от Православной Церкви, но поскольку с православной точки зрения сам римский католицизм это ересь, то мнение РКЦ о Православии для нас не может иметь никакого значения, кроме чисто секулярного – религиоведческого или политического.

Поэтому обвинение в ереси может иметь значение только для тех, кто разделяет с обвиняющими общее вероучение, и если уж какой-то человек обижается на обвинение в ереси со стороны православных, тогда он должен признать себя как православного и быть готовым к дискуссии с ними именно в рамках Православия. В противном случае его обида не имеет никакого смысла.

В этой связи позволю себе изложить три неотъемлемых признака ереси, без которых это понятие в христианстве теряет какое-либо значение вообще.

1. Ересь – это любая точка зрения, противоречащая православному христианству, независимо от ее предмета, масштаба и интеллектуального качества.

2. Именно потому, что любая ересь противоречит абсолютной спасительной Истине, она априори неспасительна и ее исповедание лишает человека спасения. Невозможно спастись, отрицая необходимые условия спасения.

3. Все ереси существуют независимо от того, успела ли Церковь признать их в качестве таковых. Православные Соборы не “назначают” какое-либо учение ересью, а только констатируют, что данное учение противоречит Православию и потому является ересью. В противном случае, например, все ариане до осуждения арианства или иконоборцы до осуждения иконоборчества не были еретиками. Поэтому ересей в мире бесконечно больше, чем лишь тех, которые упоминает Церковь в своих анафематизмах.